![](https://static.espreso.tv/uploads/photobank/304000_305000/304046_photo_6036175556837486836_y_new_80x50_0.webp)
Носители каких квалификаций будут пользоваться спросом для победы и послевоенной трансформации в ближайшие годы
Война так или иначе внесет коррективы в список профессий, популярных в ближайшее время. Кроме того, со временем претерпевает изменения и сам процесс обучения
Разговор о профессиях чаще происходит в трех контекстах. Первый образовательный. Он активизируется или во время вступительной кампании, когда эксперты (а кто у нас не эксперт?) обсуждают, на какие специальности в этом году подано больше заявок. Иногда перед началом учебного года, чтобы затронуть сопутствующую тему навыков. Второй контекст - это рынок труда: уровень занятости, сравнение зарплат по индустриям. Третий – трендовый, это когда, например, Мировой экономический форум обнародует очередное откровение давосских мудрецов о ТОП-10 навыках.
Вот, в ЕС и Украине 2024 год объявлен Европейским годом навыков, поэтому вполне можно было бы принять этот контекст.
Но я пока предлагаю четвертый. Он объединяет вызовы, которые предстают именно перед украинским обществом и экзистенциальный выбор, который делает каждый конкретный человек. Подталкиваемый обстоятельствами или собственной прозорливостью, но от первого лица. Именно этого персонального отношения с реальностью мне не хватает в трех распространенных контекстах.
Обозначу только семь ключевых вызовов, которые остро встают перед Украиной:
- Безопасность, включая горячую фазу войны, киберугрозы, информационные атаки, внутренние конфликты, геополитические расклады (чаще неблагоприятные для нашей страны);
- Утрата человеческого потенциала, в том числе – отток квалифицированных специалистов;
- Уязвимость и неустойчивость государственных институтов;
- Социальная напряженность, психологическая усталость;
- Необходимость интеграции в общество и экономику миллионов людей с физическими и психологическими травмами войны;
- Крайне медленный экономический рост (собственно он был и до полномасштабного вторжения, война лишь усугубила кризис);
- Разрыв между наукой и бизнесом, отсутствие цепочки трансфера технологий.
Кто и как может справиться с этим, носители каких квалификаций нужны в ближайшие годы - для победы и послевоенной трансформации
Я бы задал вопрос иначе: наше общество как система – как оно выглядит в этот исторический момент? Что происходит с петлями обратных связей? Работает ли связь балансировки в момент, когда сила вызовов толкает систему "в разнос"? И наоборот: не тормозят ли определенные элементы системы тогда, когда нужно прибавить обороты, чтобы вырваться из ловушки или перейти на качественно новый уровень? Итак, какова должна быть модальность мышления и характер деятельности, чтобы справиться с вызовами? Какие социальные и одновременно профессиональные роли здесь работают. Модальность, по-моему, важна, потому что она задает характер усилий и их вектор.
Например, участники боевых действий, особенно кому нужное протезирование, часто встречаются с процессуальным безразличием всяческих комиссий и чувствуют, что их перспектива получить помощь бесконечно затягивается из-за того, что в системе задан модус гиперконтроля. Но в конце концов это порождает взрыв гнева. Или что происходит, когда из-за того же гиперконтроля (хотя низкой подотчетности) затягивается поставка нужных единиц техники на фронт? Появляется еще больше раненых и убитых. Или наоборот – в информационном пространстве гипербыстро распространяются вбросы, срачи, фейки и всякий трэш.
О каких модальностях идет речь и как они связаны с профессиональной деятельностью?
Модус поддержки: здесь речь идет о широком спектре профессий и даже больше - профессиональных ролей, связанных с попечительством, ориентацией на понимание потребностей человека или группы людей; настроены на стабилизацию и преимущественно уменьшение. Главным образом – уменьшение боли. К этому кластеру относятся медики, психологи и психотерапевты, юристы, педагоги, представители фронт-офисов, значительная часть менеджеров. Должны бы относиться государственные служащие и полиция.
Прорывной модус: выход за пределы преодоления и ограничений, наступательные действия, обеспечение прорыва там, где необходимы решения, инновации, новые пространства. То есть это не только о бойцах штурмовых бригад, воинах на "передке", но и о предпринимателях, которые запускают новые сервисы и продукты, овладевают новыми рынками; это о художниках и ученых; изобретателях, спортсменах и философах. В украинских реалиях это на практике тесно переплетено, нередко выходит так, что философы становятся воинами, а вернувшись с фронта, становятся предпринимателями. И наоборот предприниматели – становятся мыслителями.
Модальность контроля: управление рисками, безопасность, наблюдение за согласованными правилами игры. К этому кластеру относятся структуры безопасности, прокуратура, журналисты-расследователи, антикоррупционные органы. Здесь важно, чтобы контроль не был тотальным, не препятствовал тем, кто готов взять на себя ответственность для прорыва, но одновременно мог вовремя сигнализировать, когда риски начинают зашкаливать.
Рефлексивная группа: аналитика, исследование, прогнозирование, осмысление данных, тестирование вероятных решений. Основной мотив – любознательность. Состояние – максимальной открытости разума. Это естественная ниша для интеллектуалов, музейщиков, аналитиков, стратегов. Здесь нередко оказываются зрелые руководители, перед принятием ответственных решений или боевые командиры в момент “after action review”.
Так, модальность каждого человека, каждого специалиста может меняться в зависимости от ситуации и характера вызова. Но есть группы профессий (или опять же профессиональных ролей), в которых определенная модальность преобладает и задает рамку квалификационных требований. Скажем, медицина в целом – о поддержке и заботе, и семейный врач, терапевт должен быть воплощением этих черт. Но хирургу порой приходится рисковать для спасения пациентов.
Выбирая свою роль в обществе и индустрии, стоит честно себе ответить на вопрос, в какой модальности ты наиболее органичен/производителен / что тебе лучше удается.
Признаком же трансформационного лидера является зрелость личности, позволяющая сознательно оперировать разными модальностями, последовательно изменять, настраиваясь на целесообразность.
Именно поэтому ключевыми навыками будущего становятся:
Эластичность ума (когнитивная гибкость)
Основополагающая неопределенность, которая, напомним, становится одной из базовых характеристик мира; нарастание динамики социальных, экономических, культурных процессов; увеличение объемов информации требует способности осознавать ограничение собственного мировосприятия. Прагматично это означает умение замечать и обходить собственные когнитивные искажения, готовность оперировать широким спектром стратегий познания в зависимости от ситуации. Это потребует регулярного обновления взглядов на определенные вещи, привычку и умение добавлять необходимые элементы в свою картину мира.
Внутренний компас
Умение составлять свою стратегию образования и строить персональные траектории обучения. Умение самостоятельно определить свои приоритеты, максимально точно распределить внимание, время и финансы незаменимы в условиях, когда постоянно появляются новые карьерные возможности и образовательные предложения. Билл Джордж из Гарвардской школы бизнеса и Питер Симс из Стэнфордской высшей школы бизнеса настаивают, что в центре внутреннего компаса лежит самосознание, сканирующее четыре ключевых сектора: ценности и принципы, мотивация, команда и механизмы внедрения. По факту это комплексный навык, который кроме аналитического мышления, требует самоэмпатии, рефлексии, самоконтроля и способности честно воспринимать обратную связь. В итоге способность самостоятельно анализировать ситуацию, понимать вызовы для своей профессиональной ниши, быть готовым учиться на протяжении жизни и обновлять профессиональные навыки становится ключевой чертой конкурентоспособности работника.
(Про)активное обучение, направленное на рост
Ключевая черта здесь – самодостаточность и инициатива индивида. Центр принятия решений в данном случае переходит от институций к конкретному человеку, который, соответственно, имеет видение и амбицию создать определенную ценность и при этом вести желаемый для себя образ жизни. Проактивная личность не ждет предложений от образовательных институций, указаний от преподавателя или работодателя по темам и навыкам достойных овладения, а сама предлагает и выбирает трек профессионального роста, опираясь на то, что называют мировоззрением роста (growth mindset). Это позволяет человеку развивать нужные навыки, независимо от того, они врожденные или приобретенные. Учеба в этом случае порождает мотивацию и готовность инвестировать в нее время и ресурсы, когда предыдущие навыки и знания конвертируются в социальный статус и доступ к еще большим ресурсам.
Специально для Еспресо .
Об авторе: Николай Скиба, эксперт направления "Образование" Украинского института будущего.
Редакция не всегда разделяет мнения, высказанные авторами блогов.
- Актуальное
- Важное