Гройсман: Имея монобольшинство, я сделал бы для Украины больше


фото: Владислав Мусієнко
Экс-премьер-министра Украин Владимир Гройсман о борьбе правительства Шмыгая с коронавирусом, об экономике, своих политических амбициях и результатах местных выборов в государстве



Давайте начнем наш разговор с карантина выходного дня. Начиная с 14 ноября в Украине правительство ввело так называемый карантин выходного дня. Причина - резкий рост заболеваемости COVID-19. Как сегодня пояснил премьер-министра Украины Денис Шмыгаль, выступая в Верховной Раде, это решение будет способствовать замедлению роста заболеваемости. Восемь мэров городов отказались выполнять это правительственное решение. В Раде подготовили проект решения об отмене этого карантина, но речь идет только о рекомендациях правительству отменить некоторые ограничения во время карантина. На ваш взгляд, есть ли у Кабмина иной путь борьбы с коронавирусом, нежели частичный локдаун в государстве?

Я думаю, что есть ряд вариантов принятия решений. На самом деле, по моему мнению, правительство сегодня такими простыми решениями, за счет людей, пытается компенсировать то, что они должны были сделать для подготовки страны к росту заболеваемости и просто, по большому счету, позаботиться о людях. Это сложная проблема, которая охватила весь мир, но мы видим, как сегодня борются демократические страны с этим явлением. Есть несколько путей. Надо было качественно подготовить страну. Сегодня мэры говорят о том, что они готовят инфраструктуру за свой счет, а государство им практически не помогает или помогает ничтожно. Это означает, что государство фактически самоустранилось от решения этой проблемы. Койкомест нет. Развернули их сейчас, возможно, около 30 тысяч, зарезервировали еще 26 тысяч. А у нас 170 тысяч койкомест. Как минимум, они должны были подготовить за 8 месяцев пандемии 8,5 тысячи. Все ведь понимали, что есть огромный рост заболеваемости, мы же видели сценарии разных стран.
Но сегодня меня больше волнует не то, что делать, потому что сегодня уже есть много профессиональных рекомендаций, примеров других стран. У меня есть только один вопрос: почему правительство не делает того, что нужно делать, чтобы подготовить страну и поддержать украинцев? Два месяца карантина, когда людей заставили остаться дома - без денег, без зарплат, без понимания того, каким будет будущее... Фактически, люди провели эти месяцы не ощутив никакой заботы со стороны государства и сегодня едва сводят концы с концами. А теперь правительство и премьер делают вид, что ничего не произошло и вот вам снова локдаун. А на какие средства людям выживать правительство не говорит. Обещают, что вот где-то когда-то поддержат. Поэтому я считаю, что наша главная проблема не только коронавирус, а некомпетентность правительства и премьера, их неспособность в такое сложное время удержать ситуацию.

Собственно, я и хотел спросить. О чем свидетельствует демарш мэров? Об их силе, или о слабости центральной власти?

Я бы не мерялся силой. Демарш мэров - это не только их демарш, это демарш людей. Смотрите, как в последние дни предприниматели перекрывают дороги, говорят: "Дайте нам работать, потому что нам не на что жить!" Тем более, что смотрите: 11 числа (ноября, - ред.) приняли решение, 12 - опубликовали, а 14 - все должны закрыться. Это бессмысленное решение. Я считаю, что любое решение должно быть наработано с мэрами (это обязательно, мэры - это партнеры, не враги), обязательно с предпринимателями, с врачами-эпидемиологами, которые могут определить сценарии развития. Но вообще я сторонник того, чтобы был разработан четкий план, сценарий: в таком случае мы принимаем такой набор решений, в таком - другой.
Много было сказано за эти восемь месяцев. В апреле я лично записал видео и отправил его в публичную плоскость, что люди остались без работы, помогите им. Нет, они формируют ковидний фонд на 65 млрд и из них 35 млрд отправляют на дороги. Этот профессиональное обоснованное решение? Когда эти 35 млрд надо было отдать людям на поддержку и на то, чтобы каждой области, каждому городу довести: вы должны развернуть (я условно говорю) две тысячи койкомест с соответствующим обеспечением кислородом, сформировать на эти две тысячи мест соответствующий персонал, повысить им заработную плату, обеспечить хотя бы минимумом необходимого оборудования и сформировать запас лекарств. Этого сделано не было. Каждый в своей громаде импровизирует, чтобы это организовать. Это не подход, это несерьезно, это непрофессионально, и это несет огромную угрозу. Я буквально вчера на одном из телеэфиров попытался премьеру немножко приоткрыть глаза, потому что по его выступлениям чувствуется, что он не до конца понимает в каком состоянии сегодня люди и экономика, финансы государства. Но мне кажется, что он не слышит и не понимает. У него какое-то нереалистичное мировосприятие, что является очень угрожающим.

Ну вот представители малого и среднего бизнеса говорят, что карантин выходного дня "положит" их бизнес, заработков просто не будет. Нынешний премьер-министр утверждает, что они получат компенсацию за вынужденный простой. В то же время заместитель министра здравоохранения Ирина Микичак посоветовала бизнесменам, которые временно потеряли работу, идти работать в больницы. Цитирую: "Приходите в больницы. Мы имеем возможность принять на работу каждого. Помогите медицине спасти жизнь каждого из нас, наших родных и близких". Вы уже упомянули, что правительство не ведет диалог ни с представителями местных громад, ни с представителями малого и среднего бизнеса. Почему нынешнее правительство избегает этого диалога, хотя такой честный разговор мог бы помочь найти понимание, какой-то компромисс между правительством, принимающим решения, и предпринимателями, которые дают людям работу в это непростое время?

Я не считаю, что здесь должен быть какой-то компромисс. Здесь должны быть здоровые профессиональные решения. И это все в плоскости правительства. Я это утверждаю как премьер-министр, который три с половиной года работал. И поверьте, тоже были очень сложные вопросы и сложные времена, но я не допустил никакого кризиса. Более того, хочу сказать, что два следующих правительства после нашего своим непониманием ситуации в стране, наше почти 3,5-годовой рост экономики перевели в режим стремительного падения. Они едва заканчивали 2019-й бюджетный год, а сейчас еле заканчивают 2020 год. Есть огромные проблемы: растет безработица, растут цены...
Я вам приведу пример по цене газа. Я передал ключи от офиса премьер-министра, когда в газовых хранилищах было 19 млрд кубов газа - с головой хватило бы, чтобы в следующем сезоне Украина могла не покупать ни куба газа, цена была с доставкой 6 700 или 6 900 гривен. Сегодня уже более 8 000 гривен. Вопрос: мы закупали его дешевле, чем они сейчас продают людям. Когда-то, когда он стоил у нас 6 900, или 7 000, 7 500, мы покупали его по 12 500, имею в виду, он так стоил на бирже. То есть мы, наоборот, ограничивали, а они сейчас на этом еще и зарабатывают. Я вообще считаю, что это абсолютно бессмысленное решение. Меня много критиковали за цену газа, хотя это были обязательства, которые Украина приняла еще до меня. У меня не было другого выхода, а тут ведь выход есть: закупленный газ лежит в подземных хранилищах, так зачем это делать?
Я считаю, что правительство должно разработать абсолютно четкую стратегию подготовки ко всем вызовам, связанным с ковидом. Что значит, когда премьер заявляет, что он что-то кому-то компенсирует? Он же не сказал за что компенсирует. За каждый рабочий день? Или за каждый день простоя? Что люди получат? Когда это все закончится? То есть, дать людям абсолютно нормальное понимание того, как пережить еще эти полгода. Я не раз говорил, что должен быть четкий план - от 18 до 36 месяцев. Сейчас этого плана нет и от этого люди страдают.
Люди сегодня ходят под стены Верховной Рады. Им вместо того, чтобы помочь, вводят кассовые аппараты. Если для крупных супермаркетов кассовые аппараты - не проблема, то для мелких предпринимателей, особенно в райцентрах, небольших громадах - вы представляете, как им сейчас вести бухгалтерию, нанимать людей, покупать кассовые аппараты и так далее. Это для них просто неприемлемая история. И они сейчас борются за свои права. Что касается локдауна в целом и карантина выходного дня в частности, я считаю, что это решение - непродуманное, необсужденное и непроработанное для того, чтобы его так резко вводить.

Если бы вы сейчас были премьер-министром, какие первоочередные решения должно было бы принять правительство? Понятно, что прошло восемь месяцев, был сформирован ковидний фонд, часть этого фонда пошла на асфальтирование дорог перед выборами в местные советы и понятно, что "слуги народа" пытались закрепить свой успех на местах. В то же время в Украине разворачивалась пандемия. Шмыгаль сказал, что если не будет карантина выходного дня, то мы очень быстро достигнем цифры 20 тысяч заболевших в сутки. В нынешней ситуации, если бы вы были премьером, какие первоочередные решения должно было бы принять правительство и парламент при поддержке президента?

Я бы создал необходимое количество койкомест, оборудованных кислородом. На сегодня у меня бы было уже готово не менее тысяч 85. Я бы построил абсолютно четкую систему взаимодействия с местными органами власти и предоставил бы территориальным громадам поддержку в развертывании таких койкомест и формировании местных резервов. Я бы мобилизовал все имеющиеся медицинские кадры, в том числе системы Минобороны и МВД, и привлек бы их за дополнительную оплату к борьбе с ковидом. Я бы создал запасы необходимых лекарств минимум на четыре месяца. Я бы ввел бесплатную вакцинацию от гриппа категорий риска. Я бы оказал поддержку всем тем, кто не работает или был вынужден прекратить деятельность вследствие карантина. Я бы их поддерживал через абсолютно четкие финансовые механизмы и никогда в жизни не допустил бы +35 млрд отобрать у людей и направить на дороги. Я бы не допустил разбалансировки финансовой системы, не допустил принятия нелепых решений, которые бы создавали конфликты в обществе. То есть, я бы объединил страну вокруг темы борьбы и делал это в партнерстве с органами местной власти и своими коллегами по правительству. Сегодня проблема не в том, что мы не знаем, что делать. Проблема в том, что нет дееспособной власти, которая способна это сделать, способна взять ситуацию под контроль. Это больше всего огорчает.
Людям нужна уверенность. Они должны понимать, что будет завтра, что будет через три месяца. Что в случае потери работы они получат компенсацию, что когда прибудет вакцина, то будут гарантированы условия для ее хранения. То есть, была бы совсем другая система управляемости в государстве.

Команда Зеленского часто вспоминает о предшественниках и о том, в каком плохом состоянии они получили страну. Вчера у вас состоялась дискуссия со Шмыгалем, который пытался оперировать той же риторикой. Как вы лично реагируете на эти упреки нынешнего президента и его команды? В частности относительно решения о ликвидации санэпидемстанций, хотя вы тогда, кажется, премьером не были.

Хочу вам сказать одну вещь. Вчера я Шмыгалю сказал: "Господин премьер, вы не обижайтесь, хочу вам сказать, что вы сейчас по-другому воспринимаете ситуацию в стране". Они почему-то считают, что у них все хорошо. И для меня самый большой вопрос - почему они так считают? Я считаю, что они либо не понимают, либо у них какое-то совсем другое представление. Они абсолютно оторваны от людей, у них какая-то совсем другая реальность. Я ему говорю: "Посмотрите, у вас экономика падает, безработица растет". А он отвечает, что все нормально и экономика растет. Мы говорим, что есть проблемы с бюджетным финансированием, а он говорит, что проблем нет и они все финансируют. Он постоянно отрицает, это уже какая-то психологическая история, и она вызывает большие вопросы.
Теперь что касается "предшественников". Я, покидая пост премьер-министра, оставил им растущую экономику, второй квартал 2019 года был рост почти 4,6 процента, но это был пиковый, а по году был ориентир на уровне 3-3,5 процента. 132 миллиарда денег - валюты и гривни - на счетах Госказначейства Украины. Подписано соглашение с МВФ. В принципе, если б был ум и нормально управлять, то да, были бы какие-то проблемы, но с ними можно было бы справиться. Это я не говорю, что пришел на полгода премьером и ушел. Я три с половиной года был премьером. И три с половиной года экономика росла, вам это любой экономист подтвердит. И зарплата росла. И росла бы дальше, если бы мы продолжали делать то, что надо. Поэтому разговорами о предшественниках они пытаются замаскировать свою некомпетентность и свои фактические провалы. К большому сожалению. Я не радуюсь тому, что они провалились и валятся дальше. Я грущу. Потому что страдают люди, и мне не безразлично, как люди сегодня живут и какие у них проблемы. И меня смущает, что в то время, когда правительство должно принимать решения о поддержке людей, развитии экономики, создании рабочих мест, они этого не делают, а вместо этого валят экономику. И вообще хочу сказать: ну сколько же могут люди страдать? Мы должны вырвать людей из бедности. Но невозможно это сделать, отправляя всю страну на экономическое дно. А они сейчас именно туда ее двигают. А правительство говорит, что все нормально. Там сейчас единицы компетентных министров из всего правительства. Они говорят, что мы закрывали больницы. Я ничего не закрывал, я строил. Мы построили Охматдет. Мы построили - они открыли. Ну на здоровье, это для детей. Мы построили и ввели в эксплуатацию перинатальный центр во Львове, Винницкую областную клиническую больницу, еще много чего. Мы делали. Мы давали через децентрализацию возможности для создания новых больниц. Они ругают медицинскую реформу. Так чего же вы ее за полтора года не отменили? А я должен сказать, что реформа прописана в законе и там все нормально. Проблема в ее бестолковом исполнении. И если вы не можете ее имплементировать нормально, то претензии не к закону, а к вашим профессиональным качествам. Мы создали Национальную службу здоровья, создали первичную систему медицинской помощи. Если бы не семейные врачи, которым я кланяюсь, то сегодня нашествие на всю систему здравоохранения было бы уже таким, что все бы это почувствовали. Семейные врачи сегодня работают на передовой. Мы подняли им зарплаты, они получают по 15-20 тысяч гривен. Мы запустили систему бесплатных лекарств - семь миллионов украинцев сегодня бесплатно получают лекарства. Мы построили 42 кардиоцентра. Они сейчас байки рассказывают, что уничтожались лаборатории. Мы сохранили систему лабораторий, разветвленную по всей стране. А то, что надо было бы увеличивать их мощности, так что вы эти 8-9 месяцев делали? Вы должны были покупать оборудование, но если вы это не делали, а дороги строили, то что же вы сейчас смотрите на прошлое и говорите, что кто-то что-то когда-то не сделал? Стройте дороги, но не за счет людей и средств ковидного фонда.

Ну, так, очевидно, проще.

Так здравый смысл должен быть. То, что им проще - это одно дело. А то, что людям трудно, они этого не понимают. Я от этого просто в бешенство впадаю. Я не понимаю, почему у них, лично у премьера, какая-то другая политическая реальность. Неужели так быстро люди теряют ощущение реальности момента.

Кстати, Рада провалила отмену карантина выходного дня, не хватило голосов. Народные депутаты не одобрили проект постановления 4381 за его отмену. За постановление проголосовали всего 149 депутатов из 226 минимально необходимых. Этим постановлением хотели рекомендовать Кабмину разрешить работать на выходных барам, ресторанам, кафе, спортзалам, фитнес-залам, бассейнам, ТРЦ и тому подобное.
А у нас есть вопросы, зрителей. Вопрос от Миланы Глушко: "Господин Гройсман, а почему вам удавалось строить дороги и пополнять бюджет, а сейчас все уходит в никуда?"

Я хочу вам сказать о дорогах в Украине. На самом деле, до 2017 года в Украине системы строительства дорог не было. Мы начали ее реанимировать где-то в августе 2016 года. Ни в 2015-м, ни в 2014-м возможности строить дороги вообще не было. Когда я возглавил Кабинет министров, для нас был очень важным вопрос роста экономики. И мы начали над этим серьезно работать, создавать условия для роста. В августе 2016-го Укравтодор был полным банкротом с долгами за Евро-2012. Я дал поручение профильному вице-премьеру Кистиону, и он начал разгребать все эти проблемы. За полгода мы вывели Укравтодор на систему строительства дорог и начали их строить в 2017 году. В 2018 году мы создали дорожный фонд, когда автоматически зачислялись деньги, и этот фонд, через децентрализованные местные дороги, мы начали финансировать. С нуля мы дошли до 60 млрд гривен при том, что никому ничего не были должны: мы зарабатывали деньги в бюджет и тратили их на строительство дорог. Сейчас строят дороги не за деньги, которые зарабатывают. Сейчас их делают в долг. Более того, взяли миллиард или два долларов, которые мы выиграли в Стокгольмском арбитраже, и вместо того, чтобы их направить на устойчивость и стабильность в государстве, их тоже стали направлять на дороги. Эти средства быстро закончатся - и все. Я считаю, что это тоже порочная практика. Более того, что хочет сделать бюджет 2021: увеличить финансирование на дороги до +150 млрд. Это около 10 процентов бюджета. Но. Из этих 150 млрд хотят позаимствовать 70. Это положить нам с вами на плечи обслуживание этих +70 млрд. Это совершенно неприемлемо, поскольку всего они хотят в следующем году позаимствовать 750 млрд. Я считаю, что это катастрофическая цифра, которая создает огромные макрофинансовые риски для нашего государства. Сегодня мы уже слышим, что хотят печатать деньги. Это катастрофа, этого нельзя делать.
Мы никогда на это не шли. Мы жили по нашим средствам. Были затраты на оборону, но в то же время зарплаты и пенсии росли. Когда мы пришли на минимальной пенсии жили восемь миллионов человек. Мы уходили - четыре миллиона жили на минимальной пенсии, а минимальная зарплата за это время выросла втрое. Мы ввели систему индексации. Мы почти вдвое повысили зарплату учителям. Мы бы шли и дальше. И поэтому я считаю, что строительство дорог в долг - это огромная проблема.

Вопрос от Андрея Антонова: "Почему в вашу каденцию бюджет принимался в надлежащие сроки, а сейчас затягивают по непонятным причинам?"

Мне тоже было трудно принимать бюджет, потому что это очень сложный документ и я был премьером, у которого в парламенте не было своей фракции, своей политической силы. Я опирался на коалиционные силы и благодарен депутатам из разных фракций, которые меня поддерживали. Мы, пожалуй, впервые за историю Украины, подавали бюджет в Раду до 15 сентября. Затем было несколько месяцев работы с парламентом, и мы выходили на голосование. Кстати, когда говорили, что бюджет принимают ночью, то вопрос не в ночи. Вопрос в том, что процедура рассмотрения бюджета настолько велика, что даже если ее начинаешь утром, то пока пройдут все процедуры, в комитетах и т.д., мы входим в ночь. Почему невозможно останавливаться. Потому что только остановишься и что-то отложишь, как у депутатов найдется сто причин увеличить этот бюджет еще на сто миллиардов. Поэтому всегда старались делать этот процесс непрерывным, чтобы никто ничего туда не впихнул. Поэтому так всегда мы его так проходили и заходили в ночь. Это было только для того, чтобы бюджет был сбалансированным и реалистичным, так как депутаты кнопки нажали, приняли решение, а дальше его выполнять надо правительству. И мы к этому относились очень ответственно.

Но смотрите. Сейчас монобольшинство, монополия одной политической силы в центральной власти, есть президент Зеленский и большинство, которое он привел в Верховную Раду и которое может выполнять любые его решения. Есть правительство, сформированное этим монобольшинством, вернее сказать Владимиром Зеленским и его командой. И что им мешает управлять государством? Они имеют уникальные ресурсы, которые можно правильно использовать и получить в очень короткое время очень эффективный результат. В начале работы Рады был период бешеного принтера, а потом этот принтер заглох. То есть все можно было сделать очень быстро, оперативно и правильно. Почему этого не было сделано?

Когда прошли прошлые парламентские выборы, и "Слуга народа" получила монобольшинство, я как премьер-министр всегда мечтал о таком монобольшинстве. И поверьте, что если бы оно у меня былао, то даже за те три с половиной года Украина была бы намного более развитой. Я иногда по полгода, по году тратил на обсуждение очевидных вопросов, чтобы какое-то решение реализовать. Поэтому в следующий раз я бы хотел опираться на единомышленников, партию, которая прошла выборы и получила доверие людей. Чтобы я был свободен в формировании политики, которая приведет Украину к успеху. Поэтому, когда они пришли, я очень радовался, думал, что все супер, полный набор инструментов: свое правительство, свои министры - вот, наконец, это ключ к успеху. Но когда они все эти возможности реализовали через некомпетентных, незрелых, непрофессиональных людей, оно все начало просто разрушаться. Я это увидел через два месяца, уже в октябре увидел, что ситуация идет не туда: экономика падает, поступления в бюджет падают, никто адекватно ничего с этим не делает. Я видел, как трудно завершали год, потом январь-февраль и в марте накрыло ковидом. Все занимались подготовкой к ковиду, а у нас из этого сделали какое-то шоу. Вот и доработались до того, что Украина фактически не готова к борьбе с эпидемией.

Вопрос от Виктора Глобы: "Вот скажите, чем нам грозит такая провальная работа правительства Шмыгаля? Как спасти нашу экономику?"

Грозит тем, что мы все сегодня ощущаем. Грозит тем, что доходы людей будут падать, цены будут расти, инфляция будет увеличиваться. Кстати, они говорят, что у них инфляция меньше шести процентов, а люди же понимают, что это следствие более четырехлетней системной работы по макроэкономической стабилизации. У нас дефицит бюджета был менее двух процентов, а они сегодня лупят шесть-семь процентов дефицита бюджета. Это закладывает огромные риски, и эти риски, самое главное, экономически и финансово будут чувствовать люди. Это огромные вызовы.

Вот вы говорите о профессиональном подходе. А как он может появиться. Мы уже полтора года видим попытки что-то делать, чем-то управлять, что по Конституции не входит в компетенцию главы государства, а он пытается вмешиваться в сферы, которые не нуждаются в его вмешательстве. Так откуда этот профессионализм возьмется? Означают ли ваши слова, что Украину ожидают досрочные как минимум парламентские выборы?

Я этого не исключаю. Потому что финансово-экономическая ситуация достаточно сложная. Если это все будет так стремительно разворачиваться, то люди будут требовать этих выборов. Более того, растет уровень недоверия к Верховной Раде. Когда "Слуга" пошла на выборы, пронесся избирательный ураган и люди надеялись, что вот-вот все будет хорошо. А сегодня они чувствуют себя обманутыми, потому что они свое дело сделали, людей выбрали, а на выходе ожидаемого результата нет. Поэтому перспектива досрочных выборов объективна. Но как будет дальше - посмотрим.

Я не могу не вспомнить об успехе вашей партии "Украинский стратегия Гройсмана" на местных выборах 25 октября. В Винницкой области у вас просто потрясающие результаты. ВВС назвал вас "властителем Виннитчины", потому что многие представители вашей партии вошли во власть. Мэр Винницы, почти 50 процентов депутатов областного совета, 11 из 18 мэров в городах области, победа в 15 из 18 городских советов. Словом, Винницкая область - ваша. Расскажите, как вам это удалось?

Во-первых, я очень благодарен людям, которые за нас проголосовали. Я с 24 лет баллотировался, и люди мне доверяли и поддерживали, а я за это доверие благодарил реальными результатами. Для меня доверие людей - очень большая ценность. Нас не просто ведь выбрали потому, что мы что-то пообещали. Наша команда работает в Винницкой области 15 лет, но мы впервые пошли за мандатом доверия в областной совет. Мы выиграли выборы в Виннице - Сергей Моргунов получил 67 процентов на выборах мэра, у нас абсолютное большинство в Винницком горсовете, мы взяли 45 процентов голосов в областной совет, мы выиграли 11 из 18 мэров и почти повсеместно взяли первые места в местных громадах и райсоветах. Это для нас огромная ответственность и мы будем делать все, чтобы оправдать это доверие, это для нас принципиально важно. И дальше партия будет развиваться. Я считаю, что партия профессиональных нормальных управленцев, людей, которые имеют соответствующий опыт, не будут экспериментировать на государстве и людях, она сегодня нужна. Поэтому мы будем активно участвовать в политической жизни страны. И не для того, чтобы просто быть, а для того, чтобы сделать.

Я так понимаю, что ваша партия не будет региональной, она уже баллотировалась в Верховную Раду в 2019 году. А как бы вы сформулировали идеологию вашей партии?

В июле 2019 года мы за пять недель кампании не смогли одержать победу, но в будущем мы сможем победить и получить мандат доверия людей. Я хочу продемонстрировать совсем другое качество украинской политики. Я хочу доказать, что ответственная политика - это прежде всего уважение к людям и возможность говорить людям правду, быть открытым к ним и ценить их доверие. И из уважения к людям реализовать то, о чем ты мечтаешь и о чем мечтают люди. Думаю, что будущее должно быть именно таким. У нас все больше политики имитируют бурную деятельность, а заложниками этой имитации становятся люди. И это надо менять. Мы - абсолютно украинская стратегия. Мы считаем, что Украина должна войти в европейскую семью, Европейский Союз и стать сильным игроком на международной арене. Все, что касается нашей государственности, для нас свято. Мы - социально ориентированная партия, мы за экономический рост, за то, чтобы все, чего достигает экономика, реинвестировать в качество жизни людей.

Практически все топовые украинские партии - это партии вождистского типа. То есть, есть лидеры, фронтмены этих политических сил. "Украинская стратегия" имеет одного лидера, или у вас многолидерство?

Я не боюсь и даже исповедую принцип быть вместе с сильными лидерами. Я всегда себя окружал сильными людьми, я уважаю своих коллег. И, как показали выборы, в нашей партии много сильных лидеров, которые получили первые места. Более того, мы участвовали в местных выборах и в Житомирской, и в Харьковской, Донецкой, Закарпатской, Николаевской областях, и там наши представители прошли в местную власть. Это говорит о том, что люди нам доверяют. И наша главная задача - их не разочаровать, как бы ни было трудно.

Вы молодой человек. Почти ровесник с Владимиром Зеленским, буквально в один месяц у вас разница.

Я старше Владимира Александровича на пять дней.

Но, в отличие от Владимира Александровича, вы уже имеете большой опыт управления и городом, и правительством, и парламентом. Вы собираетесь баллотироваться в президенты Украины?

Сказать, что у меня есть мечта баллотироваться в президенты Украины я не могу. Могу только сказать, что буду делать все возможное, чтобы украинская политика была максимально эффективной в отношении украинских граждан. Я являюсь лидером политической силы и моя задача сегодня - сформировать по всем уголкам Украины сильную и крепкую команду профессиональных людей. И у нас это получается.

Но любая политическая деятельность имеет определенную цель. Ваша цель - ясна, но для ее достижения нужны инструменты. Сейчас это Рада, коалиция, правительство и, очевидно, президентство. Поэтому я и спрашиваю о ваших амбициях. Если политик говорит, что не хочет быть президентом, не думал об этом - это тоже не очень правильно. У вас есть большой опыт и вы можете дать надежду украинцам, которые наблюдают за нынешней украинской властью.

Я хочу дать украинцам не просто надежду, я хочу дать результат. Мы сейчас готовимся к парламентским выборам.

Это - самое главное. А в конце нашей программы я хотел спросить вас о будущем. Что ждет Украину? 2020 год был очень непростым. Очевидно, что 2021-й будет еще более непростым. Какие могут быть тенденции в экономике и чего ждать людям, избирателям, рядовым украинцам.

Я не хочу давать какие-то прогнозы. Очень многое будет зависеть от того, что будет делать правительство. Я понимаю, что президент взял ответственность за все в стране, но есть правительство, есть премьер-министр. В конце концов, именно правительство и премьер отвечают за социально-экономическое развитие государства. Во все времена президент всегда хотел влезть в дела правительства. Иногда ему это удавалось, иногда - нет. Но ответственность за социально-экономическую ситуацию в стране - за строительство дорог, за строительство больниц и школ, за децентрализацию, за инфраструктуру, за международную торговлю и т.д. - нес я как премьер-министр. Не президент, он этим не занимался. Он занимался армией и международной политики. А правительство занималось этими ежедневными вопросами жизни страны. Поэтому я считаю, что как будет дальше - зависит от правительства Украины. И правительство Украины должно выйти и сказать, как будет дальше. Вот я услышал их презентацию об аудите страны. Что Украина потеряла за последние десять лет один триллион. А за 30 лет что - три триллиона? Они бравируют такими цифрами, что уже страшно становится. Если они говорят, что за 10 лет мы потеряли триллион, то за полтора года они потеряли уже 350 миллионов? Какие глобалистические подходы, но мысли - глобальные, а действия - локальные. Они рисуют какие-то глобальные воздушные замки, а действовать у них не получается. Поэтому трудно сказать какой прогноз. Пока то, что я вижу, меня очень волнует. Большая тревога за реальное положение дел в экономике. Еще накладывается ковид, плюс политический кризис, который, я считаю, уже разворачивается, конституционный кризис... Сейчас есть кризис отношений с международными финансовыми партнерами, полное разрушение антикоррупционных органов. Именно мое правительство внедряло электронное декларирование, хотя не все во власти хотели, чтобы я это сделал. Мы запускали Антикоррупционный суд, невзирая на все политические подковерные игры, когда я даже выходил с угрозой подать в отставку, если он не будет принят. Мы создавали все эти органы, а сейчас они разрушаются. Это тоже подрывает доверие к Украине в целом. У нас есть много проблем. От профессионализма и адекватности правительства зависит с чем мы завершим этот год и каким будет следующий год.

Спасибо за беседу, доброго вам здоровья.

Спасибо. Хочу сказать всем украинцам. Дорогие друзья, терпение. Все будет хорошо, мы все равно все с вами сделаем. Так или иначе.

На этой оптимистической ноте мы ставим точку в нашем разговоре. Спасибо.

новости партнеров

17 января, 2021 воскресенье

Видео

Введите слово, чтобы начать