Дана


фото: gettyimages
Как-то друзья подарили мне кота в мешке

На самом деле кот оказался крошечным котенком, а мешок - пластмассовой клеткой для перевозки животных. Друзья стояли на пороге, выжидательно глядя на меня: возьмет или не возьмет, быть или не быть, пан или пропал.

- Зачем мне кот? - пожал я плечами. - Здесь, в селе, хватает этих спиногрызов.

- Это не кот, а кошечка.

- У мамы уже есть одна кошка, Пушинкой зовут. Зачем нам вторая? Чтобы приводила все новых и новых котят? А куда мне их девать?

До этого друзья полдня провели в приюте для бездомных животных, оформляя документы об опекунстве над этим, следует признать, крайне симпатичным и непосредственным котенком, а затем два с лишним часа добирались автомобилем в мое село. Они были голодные, уставшие, злые и хотели спать, а еще очень желали всучить мне этого кота. Мне стало их жаль - сначала верных друзей, которым хотелось спасти меня от одиночества, которое я любил больше всего на свете, а потом маленького черно-белого, как инь и янь, котенка, который безгранично приветливо смотрел на меня из-за решетки переносной клетки.

- Заходите, - сказал я. - Будем ужинать, куда ж вас денешь...

Кошечку я назвал Даной, потому что мне ее дали. Летом забирал ее с собой в Келью Чайной Розы, осенью мы вместе возвращались на зимние квартиры в город. Помню первую ее осень, золотую и солнечную, с множеством бабочек над цветником с мамиными астрами и хризантемами. Дана сидела у цветов, жадно дыша их ароматом, а потом ошеломленно оглядывалась на меня: "Они пахнут! Как хорошо они пахнут... Совсем не так, как молочко или корм для кошек, а чем-то таким неземным... и праздничным. Это же настоящее чудо, что цветы - пахнут, а бабочки - летают, правда? Ты понимаешь это? Ты тоже такое чувствуешь удивление, такую благодарность за то, что все это есть, и мы тоже - есть?"

Весной Дана гуляла с котами, летом приводила котят, нетерпеливо растила их до времени, пока они начинали есть самостоятельно, и снова отправлялась на гульки. Моя сестра раздавала котят подругам, начинался новый жизненный круг и продолжался дальше, вслед за осенью наступала зима, Дана спала у меня на коленях, ласковым мурлыканьем напоминая о том, что через несколько месяцев снова продолжится праздник цветов и неземных ароматов. Дана торопилась жить, будто предчувствуя, а может и точно зная, что жизнь эта не будет слишком долгой. Она стала большой красивой кошкой с роскошным мехом, напоминая мне породистую королеву всех кошачьих мира. Отправляясь в очередное путешествие, я уже с трудом поднимал ее приданое - пластмассовую клетку, в которой она приехала из приюта.

Однажды весной, когда мы снова собирались ехать на лето в Келью, Дана отравилась и умерла. Не она одна. Местные коммунальщики решили потравить крыс, живших в подвалах пятиэтажных хрущевок, и не придумали ничего лучшего, как разложить отравленное мясо у подъездов. Вместе с крысами той злополучной весной отравились и все коты нашего дома, лежали с высунутыми языками в цветниках, не в состоянии поверить, что люди могут быть такими глупыми и жестокими.

Я даже представить не мог, что можно так прирости душой к еще вчера беспризорной и никому не нужной кошке. Когда ты  кормишь это существо из своих рук, когда возишь, когда гладишь, когда говоришь с ним, хвалишь или ругаешь, оно превращается в нечто большее и важное, чем просто кот. Оно становится твоим другом, братом и сестрой, оно поселяется в твоей душе и поселяется навсегда. Я тяжело переживал смерть Даны и в память о ней назвал Даной одну сосну в нашем лесу. Теперь, когда я прихожу туда, радостно здороваюсь с ней:

- Привет, Сестра Дана, счастлив тебя видеть, как ты, как твои дела?

А сосна в ответ начинает шуметь зеленым верховетьем, рассказывая мне последние лесные новости и то, что жизнь продолжается, несмотря на все на свете смерти, а люди по-прежнему делятся на тех, кто стремится спасти и накормить всех живых существ вокруг себя, и на тех, кто этих животных стремится уничтожить или уморить голодом, что эта извечная борьба длится и длится, а финал ее и сегодня остается неопределенным. Белые облака, Сестра Дана, плывут в нашем небе, птицы улетают в вырий, и на мгновение кажется, что смерть - это тоже вырий, только такой красивый и гостеприимный, что из него уже никогда не хочется возвращаться обратно.

Всё по теме

новости партнеров

7 марта, 2021 воскресенье

Видео

Введите слово, чтобы начать