Профессор Андрей Зубов: На Западе Путина уже не считают частью мирового политического сообщества


фото: rfe
Российский публичный интеллектуал, деятель оппозиции в эфире программы телеканала Эспрессо "Студия Запад с Антоном Борковским" о горящих факелах индивидуального протеста, чем отличаются киргизские протесты от российских и о готовности Навального пойти на самопожертвование во второй раз

Самосожжение Ирины Славиной - это преступление, возможно, более ужасное, чем попытка убийства Алексея Навального. Ужасная безликость, которая заставила человека сжечь себя во имя своих идеалов, и ее предсмертная записка - на самом деле очень грозный сигнал для Российской Федерации и для ее власти.

Безусловно, то, что произошло с Ириной Славиной, - это совершенно ужасное явление. На следующий день, в день рождения Путина, 7 октября была попытка самосожжения немолодого уже мужчины в Петербурге, который так и сказал, что "это мой подарок на день рождения Путину". Ожоги составляли 45 процентов тела. Мы считаем героями людей, которые вот так пошли на такое самопожертвование, но мы просим никого не повторять этот поступок, потому что каждый человек в жизни может сделать больше, чем в смерти. И жизнь бесценна. Я бы хотел подчеркнуть это. Но почему Ирина Славина пошла на это? Она ничего не скрывала. Ее уже взрослые дети - сын и дочь - несли плакаты на пикетах, а затем на похоронной ходе по Нижнему Новгороду "Наша мама решила сжечь себя, чтобы вы проснулись". Чтобы проснулся народ. И я думаю, что то, что произошло в Петербурге, имеет ту же интенцию. Это демонстрация того, что абсолютно беззаконная российская власть, которая из года в год попирает все больше правовые основания собственной власти, эту абсолютну беззаконную власть терпит народ, принимается им и даже немалой частью приветствуется. Эта власть - не только Путин, не только Кремль. Эта власть - это и силовые структуры: и ФСБ, и полиция, у регионального управления которого, собственно, произошло это самосожжения. Это все те структуры, которые способствуют незаконной, уничижительной к выборам и самоуправления власти продолжать властвовать над Россией, распоряжаться всеми нашими жизнями, жизнями миллионов людей. Когда надо, они пытаются эти жизни уничтожить, как это было с Литвиненко, как это было недавно, но, слава Богу, неудачно со Скрипалем и с Навальным. А иногда они заставляют людей молчать. Грабят богатство нашей страны.

Люди должны проснуться. И поскольку они не просыпаются от другого, важен был этот факел. Когда советские танки вошли в Чехословакию в августе 1968 года, как чехи могли сопротивляться? Конечно, никак не могли. Тем более, что вошли не только советские, вошли и ГДРовские, и венгерские. Как они могли сопротивляться? Они могли только посильно протестовать. Но нашлись люди, первый из них, вы знаете, Палах, а затем и другие, всего было 27 попыток самосожжения, связанных с оккупацией Чехословакии в 1968 году, которые пошли тем же путем и решили сжечь себя. Вот я думаю, Палах - молодой человек. Ему было 20 лет, студент философского факультета. Если бы он не сжег себя, рухнула бы коммунистическая власть, а ему было бы 40 лет, он был бы в расцвете сил. И этот образованный человек мог бы быть одним из ведущих политиков в Чехии.

Но с другой стороны мы понимаем, что, возможно, если бы Палах не сжег себя, может быть, советский режим продлился значительно дольше, и, возможно, в Чехословакии все не получило такого радикального неприятия этой оккупации. Возможно, сейчас чекистский режим внутренней оккупации России таким же образом прописывает себе приговор.

Я больше скажу: вообще сам по себе акт политического самоубийства, публичного самоубийства по политическим мотивам - это сильное оружие против неправовой системы. Это как ядерное оружие, можно сказать, в руках каждого человека. Потому что единственное, чем человек может распорядиться в этой ситуации, - это его собственная жизнь. Что может быть больше? Я в этом смысле смотрю на Беларусь, там тоже, кстати, была попытка самосожжения, но главное, что белорусы смогли найти в себе силы противостоять неделю за неделей, вот уже два месяца выступая против режима Лукашенко.

Но еще мы видим так называемый киргизский опыт.

Сейчас сопоставляют эти два пути. И некоторые в Беларуси ругают это движение, что "вот, надо было как в Киргизии". Но Киргизия - это совершенно другой случай. Во-первых, в Киргизии, как вы помните, далеко уже не первая революция. Была Революция тюльпанов. И вообще события повторяются. Во-вторых, пусть не обижаются на меня киргизы, киргизская политика, к сожалению, - это регионально клановая политика. В Киргизии есть два основных крупных клана. Это южный, ошский и северный - бишкекский. И еще каждый из них делится на несколько частей. И они борются друг с другом за власть в стране. Как у любого из таких вот восточных кланов, у него есть свои, грубо говоря, боевые отряды. Вот эти боевые отряды захватывают власть, борются друг с другом. И поэтому, если вы обратили внимание, вслед за захватом власти, начались акты насилия - захват промышленных объектов, рудников, в том числе и золотых рудников. Это все свидетельствует о том, что речь идет не о чисто народном, демократическом порыве. А в Беларуси, как вы понимаете, никаких таких региональных кланов нету, слава Богу. Тем более со своими вооруженными отрядами. И там сейчас на наших глазах происходит рождение нации и рождение гражданского общества. И это вызвано преступлениями Лукашенко, фальсификациями выборов и жестокостью. И этот процесс не будет быстрым.

И вот здесь сейчас ключевой вопрос - а как это будет влиять на Россию? Поскольку постсоветское пространство показывает: они не хотят быть с Кремлем. А Кремль уже не в силах заставить их полюбить себя, или купить.

Я должен вам сказать, что не только они, но и мы не хотим быть с Кремлем как в политической структуре. Мы все хотим, чтобы Россия стала демократической страной, большинство из нас мечтает о том, чтобы Россия стала европейской страной, ориентированной на Запад. Собственно, это все те мечты, что и в Украине. Все уже хотят жить не по-советски. А Путин в своем интервью как раз в день рождения, седьмого октября, говорил, что он искренне верил в советские ценности, коммунистические ценности. Он был убежденным коммунистом, и многое из того он сохранил до сих пор, вот эту веру. Мы знаем, что словам Путина не всегда можно верить, но мне кажется, что это довольно искренние слова. Понимаете, он все больше ведет себя как последователь Сталина или его любимого Андропова. А люди не хотят так жить. Пожилые люди да, очень много пожилых людей даже в Украине, особенно в восточной, грустят по советским временам. Я это знаю. Но в принципе люди не хотят так жить. Особенно молодежь.

Провожу параллели с так называемым киргизским сценарием, потому что вы очень правильно вспомнили о борьбе кланов. И мы понимаем, что в России также продолжается огромная напряженная борьба кланов за ресурсы, за доступ к путинским ушам и доступ к золотой ручке, которой он подписывает президентские указы. На самом деле вот эта борьба уже структурировалась вокруг трона. Пусть он еще держится за него, но на самом деле процессы, по моему мнению, идут неумолимы.

Киргизские кланы - это типичные восточные, ученые называют их "клиентелы", когда есть группа наверху, которая борется за власть, - президент, премьер-министр, - и есть масса простых людей, простых селян, которые совсем не думают ни о какой политике, почти не получают от этого никаких денег, через массы косвенных звеньев, через районную, сельскую власть, они связаны с ними и видят вот в этом лидере своего вождя. Эта ситуация характерна для многих стран Востока, особенно в такой тюркской модели. Также и в Казахстане. Там до сих пор это сознание жузов - среднего, большого и малого жуза, - он довольно много значит. А в России ничего этого уже нет. Из-за ужасной политики коммунистов у нас все перемешано. У нас никаких территориальных, вертикальных клиентел нет. У нас есть группы ФСБ, группы ...

ГРУ, группы СВР и так далее.

Отдельные даже управления, как говорят - я сам не знаю - которые борются друг с другом за деньги и ресурсы, за уши и золотую ручку Путина. Но не народ. Народ себя чувствует абсолютно отстраненным. Те, кто готов с ними сотрудничать, они им что-то подкинут, а большинство - это просто помеха для них. Им надо золото, им надо ресурсы. И в этом смысле общество, так же как, кстати, и белорусское чувствует себя забытым тираном. И именно поэтому - самосожжение. Ведь как иначе обратить на себя внимание, если не живым факелом? Поднять людей на то, чтобы они боролись за свои права. В этом смысле переход Киргизии к демократии, как это ни странно, сложнее, чем переход России, потому что Киргизии надо избавиться от этих вертикальных пирамид, а это нелегко. А вот в России надо просто убрать эту верхушку.

А какова будет роль Навального в этих процессах? Последнее интервью Навального показало: он не побоится второй дозы "Новичка" и, насколько я понимаю, он готов принести себя в жертву, если будет отдан второй приказ о его убийстве.

Я думаю, что Навальный - очень мужественный человек. То, что он остался жив, - это чудо. И поскольку он человек верующий, христианин, я это знаю, я сам с ним об этом беседовал, то он, конечно, это тоже воспринимает как чудо. И он бросает вызов системе не только как Алексей Навальный, он бросает вызов системе, понимаю, что за ним есть огромная духовная и нравственная сила. И сила народа, все больше ему симпатизирует. И я думаю, некая высшая сила, которая тоже не дала ему погибнуть в этом самолете Томск-Москва. Для России в первую очередь - это большое самосожжение, которое власти не удалось. Власть не смогла сжечь Навального. А он сам готов к войне. Фактически выйти на поединок Давида с Голиафом. А с другой стороны, не понимают в России, не знаю, понимают ли это в Украине, для всего мира покушение на Навального - это еще и фактор разработки в России химического оружия, которое запрещено. Разработка химического оружия сейчас запрещена. А организация по запрещению химического оружия констатировала, что это новый вид нервно паралитического вещества. Итак, в России продолжают разрабатывать новые виды химического оружия. А это категорически запрещено. Сама Россия подписала все эти конвенции. То есть, Россия нарушает конвенции, которые она сама подписала относительно смертельного вещества. И это еще раз означает, что Россия - совершенно ненадежный партнер, лживый партнер. Этот второй момент в России не очень понимают. А весь мир возмущен этим даже больше, чем отравлением Алексея Анатольевича. Так что, с одной стороны, Навальный - это вызов системе. С другой стороны, это решение в сфере ОЗХО - это изоляция этого кремлевского блока, изоляция от мира. Они уже не считают Путина частью мирового политического сообщества. Как, скажем, считают Эрдогана. Тот тоже не всем нравится, но он все же - часть международного сообщества. А Путин прекращает ею быть. Вот в глазах международного сообщества отравление Навального - это лишний, новый аргумент относительно просто откровенно бандитской природы путинского режима.

новости партнеров

2 декабря, 2020 среда

2 декабря, 2020 среда

1 декабря, 2020 вторник

Видео

Введите слово, чтобы начать