live
Спутник ASTRA-4A 12073 МГц. Поляризация-Н. Символьная скорость 27500 Ксимв/с. FEC 3/4

Герои в очередях. Как ветеранам АТО научиться жить без войны

С чем сталкиваются бойцы АТО, когда возвращаются домой: психологическая реабилитация, проблемы, бизнес

24 июля в городе Днепр произошла перестрелка в самом центре города. Погибли два ветерана АТО — Алексей Вагнер и Максим Иващук. Был тяжело ранен еще один ветеран АТО — Эдмонд Саакян. У ветерана 4 тяжелых ранения, среди которых одно сквозное в живот.

Вторую сторону конфликта не надо было долго искать — четверо нападающих сами приехали в больницу имени Мечникова, из-за тяжелых ранений. Их положили в одно отделение с раненым Саакяном — их разделяла лишь стеклянная перегородка.

null

Похороны погибшего ветерана

Саакян рассказал СМИ, что его брату угрожали, требовали денег — $119 тысяч. Как выяснилось в ходе расследования, брат Саакяна был должен некую сумму денег раввину Шолому Нахшону, своему бывшему компаньону по бизнесу. Однако Саакян утверждал, что уже давно никаких экономических обязательств перед Нашхоном у них было. По словам Саакяна, шантажисты не стеснялись делать жуткие инсталляции. Например обливали забор семьи Саакяна кровью, а на него вешали похоронный венок.

Брат Саакяна договорился о встрече с вымогателями в центре города на проспекте Гагарина. С ним поехали его друзья — Вагнер, Иващук, Саакян. Сколько было точно человек, пока неизвестно.

По словам Саакяна, вторая сторона была уже вооружена — ветеран заметил автомат под курткой у одного из людей. Сделав вид, что не хочет участвовать в разговоре, Саакян удалился к машине. Там лежал зарегистрированный  охотничий карабин. В этот момент вторая сторона открыла огонь. Саакян начал отстреливаться. Сколько было нападающих тоже неясно. По словам ветерана он ранил как минимум 5 человек, хотя в больницу попало 4. Не исключают, что пятый человек попросту погиб.

По версии самого Шолома Нахшона, он явился в одиночку на встречу с братом Саакяна, чтобы забрать долг. Но увидев вооруженную поддержку в камуфляже, не стал продолжать переговоры, а поспешил удалиться. Людей, открывших огонь по Саакяну и его коллегам он не знает и утверждает, что они пришли без него.

В истории есть множество несостыковок — непонятно количество участников встречи, мотивы и количество оружия. Пока работает следствие, появилось множество разных версий событий: от этнического конфликта, до коррумпированности правоохранительных органов, покрывающей банду головорезов, расстреливающих ветеранов. 

Пока ведется следствие, сложно говорить о правдоподобности одной из версий: кто виноват, а кто прав. Однако появившаяся версия о причастности ветеранов АТО к перестрелке в центре города вернула общество снова к вопросу социализации военных в мирное общество.

Редакция Еспресо.TV решила разобраться, с какими трудностями сталкиваются ветераны, решившие вернуться домой после войны.

Что говорит закон

null

Согласно 6 Закона Украины «О статусе ветеранов войны, гарантиях их социальной защиты», участникам боевых действий положено около 20 разных льгот: бесплатные лекарства, зубное протезирование, санаторно-курортное лечение, 75% скидка на плату за пользование жильем (из расчета 21 кв. м на человека), 75% скидка на пользования коммунальными услугами (газ, электроэнергия).

Кроме того бесплатное пользование всем городским транспортом, включая поезда и паромы, ежегодное медецинское обследование, выплата материальной помощи при временной недееспособности в размере 100% от средней заработной платы, обеспечение жилой площадью или землей людей, которые не имеют жилищных, выделение займа на строительство жилья и прочие.

С чем сталкиваются ветераны после возвращения

Директор правозащитной организации “СІЧ” Дмитрий Рева считает, что в первую очередь люди сталкиваются с бюрократией, которой совсем не готовы.

Раньше основной проблемой было получить статус участника боевых действий, то сейчас этот акцент сместился. По словам правозащитника, к ним поступает много заявлений от военнослужащих, у которых по их неведению или из-за бюрократии появились сложности с военкоматами.

Допустим, человек подписал контракт, потом у него появились некие обстоятельства и он поехал домой, и военная прокуратура заводит на него дело по самопроизвольному оставлению части. Такое нарушение наказывается штрафом или лишением свободы до 3-х лет.

Также проблематично получить землю. Часто выделяют землю в селах, которая не годится для сельскохозяйственной деятельностью. В городе часто говорят, что земли нет.

“Формально это звучит красиво, что ветеран АТО в праве рассчитывать на получение земельного участка. Но на деле местное самоуправление тормозит эти процессы”, - рассказывает Рева.

Психологическая реабилитация

Психологическая помощь, по мнению правозащитника, также оставляет желать лучшего.

“У нас вся психологическая реабилитация со стороны государства находится на базе старой доброй психиатрии. У человека диагностируют ПТС (пост травматическое расстройство) лечат медикаментозно и стационарно. Это не всегда эффективно. У нашей команды есть свои специальные программы. Еще есть общественная организация “Форпост”, но все это только на общественных началах”, - поясняет Рева.

Конечно, есть категория людей у которых были проблемы социализации до начала службы: они могли выпивать или не иметь работы. Пребывание в АТО только усугубило эти проблемы.

По словам правозащитника, такой человек начинает апеллировать к своему боевому опыту, через который он прошел, но развиваться и расти в обществе у такого человека нет никакого желания. Он занимает такую позицию: “меня не ценят, меня не любят, всем на мои проблемы наплевать”.

“К нам часто обращаются члены семей таких людей за поддержкой”, - замечает Рева.

Руководитель центра психического здоровья и травматерапии “Форпост” Елена Подолян считает, что некоторые ветераны, вернувшиеся с мест боевых действий попросту разочаровываются разницей заявленного и фактического.

“Де-юро у нас ветеран АТО — это герой, защитник и человек, который многим пожертвовал, чтобы мы спокойно спали. Де-факто — при обращении в социальную службу или больницу в более чем половине случаев люди сталкиваются с непониманием, нарушением собственных прав. Сотрудники не идут на встречу и не информируют ветеранов о необходимых документах или действих”, - говорит Подолян.

Подолян считает, что психолог в этом случае далеко не первый специалист, способный решить все проблемы участника боевых действий. Базовые потребности ветеранов не закрыты. Если он участвовал в боевых действиях, то у него была более менее приличная зарплата и обеспечение.

“Возвращаясь домой, с новым опытом и новыми навыками, человек претендует на что-то не меньшее. Но сейчас очень мало предложений по работе за те же деньги. Также у них появляется желаение влиять на события”, - говорит Подолян.

Оружие, ветераны и военные туристы

Что касается свободного доступа к оружию у ветеранов АТО, то Рева замечает, что это не так.

“Случай в Днепре не подтверждает такой тенденции. У ветеранов АТО был лишь зарегистрированный карабин, который лежал в автомобиле. А со стороны нападавших это оружие применялось. Возможно, оно было из зоны АТО, нам неизвестно, чем пользуются полукриминальные слои”, - говорит Рева.

В 2014 и 2015 годах оружие легко ходило по стране, но сейчас есть попытки поставить это под государственный контроль. Правозащитник рассказал, что их клиентов часто обвиняют в незаконном обращении с оружием, боевыми припасами или взрывчатыми веществами (статья 263 Уголовного кодекса Украины). Началось массовое изъятие трофеев и оружия, с которым ветераны вернулись. Но этот процесс также требует времени.

Еще одной проблемой, по словам Ревы, является признание за участниками добровольческих отрядов статуса ветеранов АТО. Такие люди шли в добровольческие отряды, потому что были определенные удобства: не надо было подписывать контракты, можно было оставить службу и уехать по делам.

По некоторым были судебные решения, чтобы признать их участия в антитеррористической операции, однако четких механизмов нет.

Однако, есть и “невидимые ветераны” или “военный туризм”. Такое явление не относится к вооруженным силам, а чаще оно относится к правоохранительным органам. Например полиция, или работники прокуратуры, которые выезжают на ротацию. Чаще всего, такие “туристы” едут в города, которые находятся в далеке от боевых действий: Славянск, Краматорск, Бахмут и пребывают там два месяца. После этого они автоматически получают статус участника боевых действий и все причитающиеся льготы.

“Хотя вот недавно мы были с мониторингом в колониях, которые находятся неподалеку от боевых действий. Туда прилетают снаряды и сотрудникам колоний некуда от них деваться. Так вот для них статус участника боевых действий не предусмотрен”, - рассказал Рева.

Организация “СІЧ” занимается не только военными с зоны АТО, но и помогают мирным жителям в конфликтной зоне, заключенным. У мирных жителей проблемы в основном связаны с жильем: линия фронта разделила их быт на две части, многие пытаются переехать. А к заключенным, оставшимся на подконтрольной территории террористов, относятся хуже, чем к животным. “Люди, которые хотят быть в Украине, должны быть перевезены в Украину”, - говорит Дмитрий Рева.  

Опыт самих ветеранов

По мнению старшего солдата батальона имени Кульчиского Геннадия Новикова — среди его коллег крайне редко бывают сложности при возвращении.

“Те, кто чем-то занимались до ухода на фронт, возвращаются к тому же. Но 60% остаются на контракте. Из тех знакомых, что вернулись пытаются открывать свой бизнес. Это идет сложно, впрочем, как и у всех бизнесменов”, - замечает Новиков.

Конечно, некоторым людям нужна социализация. По мнению Новикова война не меняет человека, который психологически устойчив. Людям со слабой психикой изначально не стоит идти в армию. При поступлении на службу проводится психологический тест, чтобы сразу отсеить неготовых к службе людей. Экзаминирование включает в себя серию из 3 тестов, которую будущие бойцы заполняют часа 2.

“А люди, которые изначально были бездельниками, к такому образу жизни и вернутся. Выпивая, они бравируют тем, что воевали, впадают в депрессию, чтобы их все вокруг жалели. Но этот человек изначально никем не был, и скорее всего также проявил себя на войне. В группировки вступают люди определенного характера — это не приобретенное качество на войне. Это из той категории людей, которая изначально идут работать в правоохранительные органы, чтобы получить оружие и иметь какую-то власть”, - считает Новиков.

Новиков рассказал, что у него есть товарищ, в котором до сих пор находится несколько сотен осколков. Однако это не мешает ему себя нормально чувствовать и даже открыть интернет-магазин со своей супругой. Они продают “хэнд-мэйд” — альбомы, открытки. Ветеран абсолютно адекватен, и у него такие же сложности как и у всех в бизнесе.

Также у Новикова есть друг, который побывал в плену.

“Это было тяжело, но он вернулся из плена, получил льготы ветерана АТО, немного отошел от своего состояния и пошел воевать снова”, - рассказал Новиков.

Также есть и предприимчивые ветераны, которые не только открывают свой бизнес, но и помогают другим ветеранам преодалеть сложности. Например, молодой предприниматель и ветеран АТО Леонид Остальцев, который открыл свою пиццерию “Pizza Veterano”. На работу в пиццерию Остальцев принимает участников боевых действий, занимается благотворительностью.

null

Остальцев в пиццерии 

В пиццерии можно заказать “висящую пицу”, которую потом доставят в госпиталь раненому солдату. А сами ветераны получают 50% скидку при заказе пиццы. 10% прибыли предприниматель жертвует в фонд “День рождение ребенка погибшего героя”. Изначально у Остальцева был лишь бизнес-план и $150. Но он не сдавался, не вступил в ОПГ, а боролся за свою идею. Сейчас в сети насчитывается около 8 пиццерий и кофеен.

 

новости партнеров

20 октября, 2017 пятница

19 октября, 2017 четверг

19 октября, 2017 четверг

Видео

Введите слово, чтобы начать