live
Спутник ASTRA-4A 12073 МГц. Поляризация-Н. Символьная скорость 27500 Ксимв/с. FEC 3/4

Добровольцы и волонтеры. Помогают ли армии на третий год войны

Лилия Макашова 10 июня, 2016, 10:50
Что происходит с волонтерами и идут ли на фронт добровольцы

Продолжается третий год так называемой Антитеррористической операции. Ее начало, среди прочего, ознаменовался созданием двух параллельных и взаимосвязанных движений – добровольцев, которые шли защищать родную землю, и волонтеров, которые оставили все, чтобы купить первым еду, одежду и даже оружие.

За это время прошло полных шесть волн мобилизации.

Эспрессо.TV решило разобраться, что сейчас происходит с волонтерским движением и так ли активно на фронт едут простые добровольцы.

Новые и старые добровольцы

Официальная статистика Министерства обороны приводит сухие цифры, согласно которым количество контрактников растет.


Так, в ряды ВСУ с начала 2016 года пришло более 24 тысячи, в 2015 – свыше 16 тысяч и за 2014 – более 11 тысяч человек на контрактную службу.


Однако не все так просто. Судя по официальной статистике, контрактников в украинской армии действительно стало больше, и, по факту, контрактники являются добровольцами, которые попадают на фронт не по призыву (то есть не по обязательству, как мобилизованные "срочники"). И все же, нынешние добровольцы и добровольцы, которые ехали в АТО, скажем, летом 2014 – две разные истории.

"Такие, какие были два года назад, закончились на третьей волне мобилизации", - рассказывает Виталий Дейнега, основатель фонда "Вернись живым", который регулярно бывает на передовой и помогает бойцам.

Его слова также подтверждает Владислав Зборовский с позывным “Лектор”, который служил в батальоне "Айдар", а сейчас является волонтером.

По их словам, все, кто хотел уйти, уже ушли на фронт. Контрактники идут воевать по другим причинам.

"Это не добровольцы, как это было в 2014 году, когда люди могли пойти в "Правый сектор" без зарплат, одежды и патронов. Как пираты Карибского моря. Такого уже давно нет. Те, что сейчас идут добровольно, идут или потому что не нашли себя в мирной жизни, или за деньгами, или потому что они отдохнули и готовы вернуться на войну", - говорит Дейнега.

Среди причин Зборовский называет две: уменьшение количества самих добробатов и факт отсутствия активных военных действий.

Он также убежден, что в случае активизации боевых действий все добровольцы на фронт вернутся. К тому же, по его словам, все его знакомые-добровольцы, которые уже отслужили, чувствуют себя обманутыми со стороны Генштаба, Минобороны и руководства страны.

“Большинство из нас отказались подписать контракт и продолжить службу. Наш опыт, опыт тех, кто воевал летом 2014 и осенью 2015 - он уникальный. А продолжать служить под тем руководством, которое есть сейчас, не хочется. Не получается защиту Родины, получается имитация каких-то политических событий”, - пояснил он.

Однако Максим Рябоконь, руководитель волонтерской организации “Народный проект”, не соглашается и говорит, что контрактники имеют те же мотивы, что и добровольцы ранее. Мол, все и так держится только на патриотизме:

“Много добровольцев перевелись на контракт. Те же стремления, те же цели, что и было. Все держится на патриотизме, а не на зарплате. Держится на том, что люди защищают землю”.

По словам Алины Михайловой, одной из волонтеров фонда "Армия SOS", на фронте не хватает даже контрактников, а главные стимулы от государства – высокая зарплата и престиж – не перекроют условия и отношение в самой армии. Однако те, кто уже отслужил, на войну не пойдут еще лет с 15. По мнению Михайловой, пройдя ад, на войну за большие деньги не возвращаются.

Зборовский, в свою очередь, добавляет, что его сослуживцы, которые подписали контракт, очень об этом жалеют:

“Драконовские условия, чуть ли не бессрочно. Они попали как мухи между стеклами: ни увольняться не могут, ни служить в такой армии”.


В то же время, по информации, которую Эспрессо.TV получило в МВД, за первые полгода 2016 по контракту в Нацгвардии пришло служить больше половины от тех, кто пришел за весь 2015 год. Соответственно, 2158 за неполный этот год и 4080 за весь прошлый. При этом показатели 2015 года вдвое превышают данные по количеству контрактников за 2014.


Очевидно, статистический рост по количеству добровольцев связан в том числе с переводом бывших добровольцев на контракт.

Как известно, многие из тех, кто первыми пошел воевать на Донбасс, не имели статуса участников АТО и не подписывали контракт. Таким образом, ни ВСУ, ни Нацгвардия не могли точно отслеживать их численность.

Выживут только крупные

Подобная ситуация и с волонтерским движением – и количество самих волонтеров и средств, которые им поступают, уменьшается. В отличие от бойцов, хотя бы какой официальной статистики здесь нет.

Эспрессо.TV поговорило с теми, кто помогает бойцам на передовой буквально с первых дней АТО.

Основатель фонда "Вернись живым" Виталий Дейнега очерчивает ситуацию в целом: крупных волонтерских организаций почти не осталось, мощность большинства существенно упала. Его коллеги добавляют, что уменьшилось количество и так называемых "диких волонтеров", то есть одиночек.

Виталий Дейнега

Среди тех, кто остался, он называет свой, а также фонды "Народный тыл", "Народный проект" и "Армия SOS". Его дополняет Максим Рябоконь и называет еще фонды “Комбат UA” и “Сестры Победы”.

"Это случилось год назад. В прошлом сентябре, когда встречались Меркель, Олланд и Порошенко. Тогда все были уверены, что война закончится почти завтра и дух волонтеров просто выгорел. Кто-то выгорел и ушел, а кто-то выгорел и остался, но он уже не может выполнять того объема работы, который он делал раньше. Не может до людей это все доносить", - рассказывает Дейнега.

Как и все люди, волонтеры уже имеют определенный уровень усталости, проблемы в семьях и на работе, которые часто напрямую связаны с регулярными поездками на восток.

"Однако когда в 2014 мы дали себе слово, что победа Украины должна таки быть вместе с нами. Слишком много пройдено, чтобы давать заднюю", - говорит Алина Михайлова, волонтер "Армии SOS".

Алина Михайлова

Она также рассказывает, что когда проверенные коллеги по разным причинам покинули волонтерство, им на смену пришли новые люди, которые собирают средства "не понятно на что" и возят за 100 км от фронта пирожки и капусту.

Уже не совсем волонтеры

"Лично я знаю организации, которые собирают в сундуке деньги и с каждого сундука есть какой-то процент самим волонтерам как определенная зарплата. И очень стыдно становится от того, что свою организацию они называют волонтерской. Когда боевые действия более-менее стихли, когда, чтобы проехать на позиции не надо рисковать жизнью, вдруг появились те, которые якобы помогают с первых дней", - добавляет Михайлова.

Однако зарплата для волонтеров не обязательно должна быть за счет помощи бойцам. Как рассказал Дейнега, крупные спонсоры дают средства на содержание фонда “Вернись живым”. Таким образом, их хватает на поездки в АТО, зарплаты, аренду офиса - это отдельный бюджет не связан с поступлениями организации.

"Если бы этого не было, то и у нас бы половина народа уже давно ушла. Тяжело в таком режиме работать постоянно. Какие бы не были запасы денег, они все равно не бездонные", - объясняет Виталий Дейнега.


Он также пояснил, что падение показателей его фонда не является системным. Когда раньше "Вернись живым" мог собрать 1 миллион за неделю, то теперь эта цифра упала в два раза, тогда, когда у других организаций мощности упали в 4, 5 и даже 10 раз.


“Мы просто очень сильно выросли, наша реклама по радио бесплатно крутится, мы совершенствуемся постоянно, общение с прессой у нас хорошее. Это тоже дает держаться на плаву. Мы работаем профессионально, у нас зарплаты есть. Мы уже давно не совсем волонтеры. Мы получаем за это деньги, что позволяет нам не отвлекаться ни на что и делать свою работу качественно”, - резюмировал Дейнега.

Выше курс - меньше средств

Информацию о том, что показатели сборов действительно упали, подтверждают и другие волонтерские организации, но отмечают, что и такой острой потребности, как в 2014 году, уже нет. К тому же, если сборы и увеличиваются, то рост курса доллара обесценивает все.

“Сумма помощи визуально выросла, но из-за курсовой разницы не удаётся закупать то же количество оборудования зарубежом, что в 2014 году.То есть фактически сумму сборов в 2015 и 2016 году можно разделить примерно на два”, - рассказывает Максим Рябоконь.

Несмотря на то, что в плане помощи армии украинцы остаются достаточно активными, волонтерская помощь, которая раньше спасала жизнь уже на следующий день, теперь спасает ее только на следующую неделю.

К тому же, на волонтерских плечах остается обеспечение базовым - формой и едой, - поскольку качество того, что предоставляет государство, неудовлетворительно. При этом, каждая крупная волонтерская организация занимается своим направлением.

Так, например, “Вернись живым” закупает тепловизоры, “CombatUA” обучает инструкторов и ремонтируют оптическую технику, “Армия SOS” занимается беспилотниками и программой управления артиллерией, “Народный тыл” - автомобилями и медициной, “Сестры победы” - разведкой и аэроразведкой, “Народный проект”, помимо высокотехнологичного обеспечения армии (беспилотниками, дистанционными модулями, полевыми блиндажами, снайперской оптикой), поддерживает развитие медицинских технологий и занимается военными IT разработками.

новости партнеров

25 июня, 2017 воскресенье

25 июня, 2017 воскресенье

24 июня, 2017 суббота

Видео

Введите слово, чтобы начать